Долгосрочная стратегия накопления и применения золота, по мнению «Царьграда», способна привести к постепенному ослаблению доминирования доллара и усилению роли золота как стратегического мирового актива.
Авторы материала отмечают, что на фоне дедолларизации и формирования многополярной финансовой системы идея «золотой» альтернативы становится всё более вероятной. В перспективе, когда в рамках БРИКС может появиться золотообеспеченная платёжная единица, а доллар утратит статус ключевой резервной валюты, станет ясно, какая стратегия оказалась более устойчивой.
В публикации напоминается, что после заморозки западными странами около 300 млрд долларов российских активов в 2022 году мировая финансовая система разделилась: одни страны сохранили ориентацию на доллар и американские казначейские облигации, другие начали наращивать золотые резервы.
Согласно приведённым данным, расширенный формат БРИКС+ аккумулирует более 6 000 тонн золота, что составляет примерно 17,4% мировых резервов центральных банков. У России около 2 336 тонн, у Китая 2 298 тонн, у Индии 880 тонн.
За первые девять месяцев 2025 года государства БРИКС+ увеличили золотые запасы примерно на 663 тонны, что эквивалентно около 91 млрд долларов.
Экономист Александр Тимофеев, на которого ссылается издание, считает, что процессы последних лет носят устойчивый характер и вряд ли обратимы. По его оценке, значение золота как резервного и «страхового» актива будет расти, в том числе из-за традиционного восприятия золота как инструмента сохранения стоимости в странах Востока.
Журналист Владимир Головашин проводит историческую параллель с политикой Шарля де Голля в 1960-х годах, когда Франция требовала обмена долларов на золото, что выявило уязвимость долларовой системы. По его мнению, этот опыт показывает, что стоимость валюты напрямую зависит от уровня доверия, и сегодня это понимание распространяется на целые международные объединения.
В материале также рассматривается российская практика управления золотыми резервами. Отмечается, что Центробанк России реализовал около 22 тонн золота для покрытия бюджетного дефицита, который достиг 4,6 трлн рублей на фоне снижения нефтегазовых доходов.
Авторы трактуют эти действия как вынужденную меру: продажа части запасов на высоких ценовых уровнях позволяет зафиксировать доход и направить средства на развитие добычи, геологоразведку, укрепление финансовой системы и закрытие бюджетных разрывов.
Указывается, что часть выручки от продажи золота конвертируется в юани, что увеличивает долю валют стран-партнёров и снижает зависимость от доллара и евро.
Подчёркивается, что реализация золота не рассматривается как кризисная мера. Речь идёт об инструменте управления ликвидностью при сохранении общего контроля над золотыми резервами.
Отдельно отмечается, что хранение золота внутри страны снижает риски блокировок, тогда как валютные активы, размещённые за рубежом, остаются уязвимыми.
В материале делается вывод, что стратегия наращивания и использования золота формирует основу для повышения финансового суверенитета, диверсификации резервов и возможного создания новой платёжной архитектуры в рамках БРИКС+, которая может изменить роль доллара в мировой системе.
